boks

Борьба с френдоботами

Френдоботы достали. Отныне, если кто-то зафрендил меня, но не ответил на этот пост, в ответ зафренжен точно не будет. кто ответит - буду смотреть и думать.
rune

Был ли Сталин злодеем?

Посмотрел интервью Грудинина и Дудя. Дудь применил любимый антикоммунистический трюк либералов: если вы коммунист, и тем более если вы считаете Сталина одним из лучших лидеров, то не означает ли это, что вы одобряете методы, которыми он достигал целей: репрессии, Красный Террор и т.д.? Нередко либералы ещё любят добавить: вот видите, без репрессий ваш коммунизм построить нельзя, и вообще, он противоестественен; а вот мы, наоборот, за свободу. Но Дудю не пришлось продолжать, так как Грудинин слился, сказав, что Сталин не везде был прав.

А вот я ответил бы по-другому: да, Сталин делал всё правильно, он хладнокровно исполнял волю народа. Такая вот людоедская у народа была тогда воля. Конечно, никто в здравом уме не хотел, чтобы подыхать в Магадан отправили именно его. И в то же время, каждый хотел, чтобы вокруг него осталось меньше преступающих все границы отчаянных борцов за своё существование. Потому что всех было много, а всего мало.

В приключенческих романах часто разыгрывается ситуация, когда нужно принести кого-то в жертву. Например, затерянная в открытом море шлюпка с выжившими в кораблекрушении, припасы закончились, и нужно съесть одного из своих товарищей. По классике жанра, решается это жеребьёвкой. Сначала выбирают того, кого будут есть. Потом выбирают того, кто должен его зарезать. Потому что быть палачом и пачкать руки кровью, убивая даже не врага, а своего же товарища, тоже мало кто хочет. Жребий выпал: откажешься — зарежут не его, а тебя.

Именно такую ситуацию Сталину и пришлось разруливать.

Нужно понимать, что ситуация эта (когда всех много и всего мало) образовалась ещё до 1917 года, и именно она-то и стала спусковым крючком к двум революциям и гражданской войне, которые, очевидно, в ближайшей перспективе могли всё только усугубить.

За что воевали белые? За мир, где реальная власть сосредоточена в руках меньшинства, контролирующего жизненное пространство на правах частной собственности. Где подавляющее большинство имеет право на жизнь ровно до тех пор, пока меньшинство видит в нём для себя пользу и в обмен на неё предоставляет доступ к своему жизненному пространству. За мир, где есть выраженные эксплуататоры и эксплуатируемые. Поэтому в ситуации, когда всех много, а всего мало, децимация в либеральном мире так же проводится исключительно среди эксплуатируемого большинства исходя из прихотей контролирующего жизненное пространство меньшинства, которое само, по большому счёту, остаётся от децимации в стороне.

Красные воевали за другой мир. За мир, где в принятии решений может принимать участие каждый, а меньшинство в виде управленцев, — избранных, опять же, большинством — только претворяет его в жизнь. Где высокий статус в обществе можно обрести только полезными для него делами, и так же легко можно утратить его при потере доверия большинства. Децимация, когда она неизбежна, тоже проводится демократично: выживают те, кто лучше остальных доказал перед обществом свою пользу и, тем самым, право на жизненное пространство.

Жертвы репрессий — это те, кого общество выбрало для того, чтобы принести в жертву. Не потому, что очень хотело, а потому, что была неизбежная необходимость. Конечно, нельзя уверенно сказать, что оно сделало этот выбор правильно. Впрочем, можно ли вообще хоть какой-то вариант выбора в такой ситуации объявить правильным?

И вот теперь очень легко понять, чем на самом деле вызван гнев тех, чьих предков большевики сначала раскулачили, а потом ещё и подвергли репрессиям: будучи привилегированным меньшинством, они бы практически гарантированно избежали децимации, победи тогда белые. Могли бы теперь быть наследниками многомиллиардных состояний и, вместе с каким-нибудь Дерипаской, драли бы молодых шлюх на яхте и радовались жизни. Хотя белые в итоге всё равно взяли реванш, — разогнали большевиков и восстановили старый порядок, — статус привилегированного меньшинства утерян, и назад его не вернуть. Если коммунизм всё равно не состоялся, — то, получается, всё было зря, и они лишились статуса ни за что! А теперь, в привилегированном меньшинстве совсем другие люди. Которые хоть и ругают большевиков, в глубине души им благодарны: кто был никем, тот стал всем.

Впрочем, сравнение достижений коммунизма (1985-1917=68) и капитализма (2020-1985=35) говорит в пользу того, что всё было не зря.

Единственное, в чём осталось разобраться, — так это в том, почему же Россия время от времени неизбежно попадает в ситуацию, делающую неизбежной децимацию населения. И выработать какие-то меры противодействия.

По наблюдениям, периоду кризиса зачастую предшествует период ложного благополучия: "стабилизец". В относительно благополучные годы элита старается поддерживать у населения некий относительно сносный уровень жизни, чтобы оно не бунтовало. И под прикрытием тишины решает какие-то свои задачи. Даже может накапливать резервы "на чёрный день". Но задачи, которые элита считает важными (не важно, насколько они благородны) решаются в ущерб более повседневным задачам по-настоящему устойчивого развития. В состоянии "чуть лучше прожиточного минимума" поддерживается не только население, но и ключевая инфраструктура. И как только "белая полоса" заканчивается, первое же серьёзное испытание вскрывает полное отсутствие у системы какого-либо запаса прочности. Выясняется, что и в благополучные-то времена всего на всех еле хватало, а теперь-то и подавно: всех много, всего мало, на всех не хватит. И даже запасы на чёрный день ничего реально исправить уже не могут.

Прочитав в Вики статью о предпосылках Февральской революции, изрядно перелопаченную идеологически под себя либералами, я обратил внимание на следующую цитату:

Средний годовой заработок в обрабатывающей промышленности США по цензу 1914 года достигал 574 долл. в год, 11,02 долл. в неделю, или 1,84 долл. в день. В перерасчете на русскую валюту по паритету дневной заработок американского рабочего составлял 3 руб. 61 коп. золотом. В России, по массовым данным 1913 года, годовой заработок рабочих деньгами и натурой равнялся за 257,4 рабочих дня 300 руб., то есть не превышал 1 руб. 16 коп. в день, не достигая, таким образом, и трети (32,2 %) американской нормы. Отсюда и делались обычно поспешные выводы о резком отставании уровня жизни рабочих России от американских стандартов. Но с учётом сравнительной дороговизны жизни в этих странах выводы получаются другие. При сравнении цен на важнейшие пищевые продукты в России и США оказывается, что в США продукты стоят в три раза дороже, чем в России. Опираясь на эти сравнения, можно сделать вывод, что уровень реальной оплаты труда в промышленности России следует оценить не ниже 85 % американского

Один из симптомов "стабилизца" — любовь к сравнению доходов по ППС, а не по номиналу. По моему мнению, в условиях глобальной экономики ППС хорош именно для сравнения доходов с уровнем прожиточного минимума, не более того. Я склонен считать, что низкие по номиналу, но вполне сносные по ППС доходы населения являются хорошим свидетельством перекосов в экономике, её аутсайдерством на мировом рынке, — то бишь, "стабилизца".

Проще говоря, предпосылки 1917 года — это именно стабилизец. Провальным же испытанием экономики на прочность оказалась, очевидно, первая мировая война.
rune

Россия -- страна посредственностей

К изречениям либералов с их теорией Адама Смита нужно относиться очень осторожно, их система ценностей проста: если что-то здесь и сейчас позволяет капиталу поднять бабла, то это хорошо, а если есть риск угробить работающую денежную тему, то это плохо.

Россия — посредственная страна. С посредственным качеством населения, посредственным государственным устройством, посредственной инфраструктурой, посредственной экономикой, посредственной валютой и финансовой системой, посредственным уровнем жизни, посредственным климатом, и так далее.

И теперь уже не важно, почему так получилось. Важно, что это определило нишу, которую Россия вследствие рыночных реформ заняла в системе мирового разделения труда. Проще говоря, капитал сумел создать некоторые бизнес-модели, которые на эту посредственность опираются. И теперь эти бизнес-модели приносят капиталу прибыль. И пока они её приносят, опирающийся на них капитал будет встречать в штыки любые изменения, которые ставят под угрозу эти бизнес-процессы. Борьбу с бедностью будут саботировать все, кто зависит от низкокачественного, но дешёвого, труда. Борьбу с коррупцией будут саботировать все, кто достигает ею привилегированного положения на рынке. Капитал будет вкладывать средства в консервацию посредственности. Капитал будет платить СМИ и интернет-троллям, чтобы они морочили вам голову. Противодействовать этому деструктивному капиталу в рамках либеральной системы может только другой капитал с противоположными бизнес-идеями. Это надо понимать.

Вот только откуда этот противодействующий капитал возьмётся?

Зачем в России строить современные заводы? В целом по миру, дефицита в таких заводах нет. И неважно, что в Китае их много, а в России мало. Важно, что конкурировать с существующими заводами сложно, и потому мало у кого возникнет желание вложить деньги. Зачем развивать финансовую систему? Мощная финансовая система уже есть в США. Зачем усиливать инженерную школу? Такая школа уже есть, например, в Германии. И так далее.

Рыночная экономика, если считать с 1986 года — с Перестройки — у нас внедрена 33 года назад. Давно уже моветон списывать экономические неудачи на советское наследие.

Если вы не видите для себя пользы в том, чтобы жить в посредственной стране, то у вас лишь один вариант: сменить страну. Сейчас это возможно, хоть и не тривиально. Или подождать лет 300, пока проблема, может быть, и сама собой решится. Быстрого способа сломить отставание в рамках рыночной экономики я не вижу. Ну, кроме совсем маргинальных — взять журнал Форбс и воспользоваться им как расстрельным списком.
rune

Принудительная прозрачность предприятий

Одно из свойств капитализма заключается в том, что предприятие является юридическим лицом с ограниченной ответственностью. Если предприятие облажалось, то контролирующие это предприятие заинтересованные лица ничем по сути не отвечают. Да, их могут посадить в тюрьму, если они злостно нарушили закон, но нанесенный ими обществу ущерб никто не возместит. Это создаёт очевидные моральные риски, которые и являются, на мой взгляд, основной причиной регулярных кризисов капитализма. Ведь когда ты работаешь на чужие деньги (т.е. в кредит, выданный за счёт банковских вкладчиков), то прибыль всегда можно вывести из предприятия в свой частный карман, полностью отделив от рисков, остающихся на юридическом лице, особенно если есть подозрение, что бизнес-модель уже своё отживает.

Вот, например, тот же банк получает доход с разницы по процентам. Взял он у вкладчика деньги под 7%, выдал ссуду под 15% и, по мере возврата ссуды, получает доход 8%. Да, если ссуду не отдадут, то банк потерпит убытки. Но это может случиться когда-нибудь потом, прибыль же банка вычисляется не по факту полного возврата ссуды, а по факту выплаты должником процентов. Иными словами, можно выдать деньги вкладчиков под высокий процент фирме-пустышке, которая ими же и будет расплачиваться с банком, а банк начислять себе с этого операционную прибыль с процентной разницы и платить бонусы управляющим, за хорошую работу, которые они будут прятать в оффшор. А к тому времени, как деньги у фирмы-пустышки закончатся, и она объявит себя банкротом, обанкротив следом и выдавший ссуду банк — управляющие оперативно делают ноги. И никто "заработанное" уже не отберёт. А если ещё и под конец продать обязательства фирмы-пустышки какому-нибудь лоху — то и вовсе лишнего внимания к себе можно избежать: хлопать глазами и ушами будут уже чужие вкладчики.

В качестве решения проблемы, я предлагаю поделить все предприятия на публичные и приватные. Публичные предприятия вынуждены немедленно делать все свои транзакции публично доступными. Тогда если у кого-то что-то пойдёт не так, у общества остаётся возможность проанализировать этот объём информации и сделать выводы, благо технологии Big Data всё плотнее входят в нашу жизнь.

Конечно, не все буржуи захотят прозрачности своих предприятий, видя в этом угрозу так называемой "коммерческой тайне". Буржуи, объявляя свою деятельность наживы общественно полезной и вообще двигателем прогресса, предлагают, однако, всем слепо верить в их честность, в то время как именно коммерческая тайна, формально благоприятствующая конкуренции за счёт возможности использовать в конкурентной игре рандомизированные стратегии, позволяет им в ходе командной игры мутить свои грабительские аферы против общества и выходить при этом сухими из воды. Поэтому, чтобы такие не бухтели, придётся разрешить также и приватные предприятия, сохраняющие право хранить свои транзакции в секрете.

Итак, при банкротстве любого (публичного или приватного) предприятия, если оно имеет обязательства исключительно перед приватными предприятиями, всё происходит без лишнего шума, как и сейчас — контрагенты разбираются с банкротом сами, как хотят.

Если же банкрот имеет обязательства перед каким-либо публичным предприятием, перед государством, перед населением и т.п. — то все его прямые и косвенные контрагенты, а также и оно само (если было приватным) становятся условно-публичными. Разновидность круговой поруки: банкрот, все его контрагенты, контрагенты контрагентов, и далее по принципу цепной реакции, собираются в кластер, наказываемый публичностью. Если среди этого кластера найдутся желающие взять на себя обязательства банкрота (перед населением, государством, публичными компаниями и т.п.), то вопрос на этом исчерпан. Если же таких желающих не будет, или они не смогут между собой договориться, то все предприятия, попавшие в кластер, наказываются публичностью. Все их прошлые транзакции за как можно более долгий срок, так же как и будущие, становятся общедоступными.

Таким образом, за право хранить в секрете свои дела ("деньги любят тишину", как они сами любят говорить), буржуи должны будут взамен гарантировать обществу ответственность за свои просчёты.
rune

Занятость в России

Скачал с Росстата любопытую табличку:
Collapse )

Водители в числе почти 7 миллионов — хотя сюда включены операторы разной подвижной техники. Один на 20 человек населения. Для сравнения, операторов стационарной техники всего 2 миллиона. Очень удивили 5.7 миллионов продавцов, это по одному на каждые 25 человек. 4 миллиона слесарей — по одному на 35 человек. 2.5 миллиона мусорщиков и других неквалифицированных. 2.5 миллиона охранников и полицаев, примерно один на 60 человек.

Даже интересно: чем же все эти люди занимаются? Где продукты их труда? И какую часть из них можно автоматизировать?
rune

Война Севера и Юга

Изучаю тут историю США. Хочется же понять, почему они в шоколаде, а мы в говне. Официальная пропаганда объясняет это тем, что они протестанты, и потому много работают и грамотно распоряжаются заработанным. Однако, всё оказывается не так просто.

Началось всё в 19 веке с войны Севера и Юга. Историю пишут победители, и победители сводят предмет войны к необходимости установления демократии в Конфедерации (отделившихся из-за политических разногласий штатов). Так сказать, первая штатовская "установка демократии" в суверенном государстве с целью ослабить его политически. Однако, к борьбе бобра с ослом это всё отнюдь не сводилось.

Как известно, северные штаты делали ставку на промышленность, юг — на аграрное производство. Именно юг давал львиную долю экспорта США, а значит, и львиную долю поступления золота в экономику. Промышленность же существовала в условиях протекционизма. А значит, была дотационной. (Отступление: предвосхищая сторонников протекционизма, замечу, что почти весь доход федерального бюджета США тогда шёл с пошлин, а других федеральных налогов практически не было — ни НДС, ни подоходного, ни на прибыль. Только налог на землю.). Будучи защищенной пошлинами, промышленность Севера была дотационной. Покупатели вынуждены были переплачивать за товары, расходуя свои деньги неэффективно. И если для Севера эта переплата за товары была не только расходом, но и источником доходов, то для Юга — сплошные расходы. Да, именно Юг, фактически, был источником этих дотаций. Иными словами, промышленность Севера строилась за счёт рабского труда Юга. Имела место внутренняя колонизация.

Конечно же, переплачивать до 45% за товары Югу было не очень интересно. Именно пошлины и были предметом конфликта между Севером и Югом. Естественно, Юг постоянно в Конгрессе выступал за свои интересы вообще и против пошлин в частности. Север же, фактически сидящий у Юга на шее, искал всяческие способы ослабить политическое влияние Юга. Баланс политических сил был примерно 50/50. Пользуясь зависимостью Юга от экстенсивного ведения аграрного хозяйства, Север стремился ограничить владения Юга территориально. Был принято Миссурийское соглашение, по которому штаты принимались в состав по два — один свободный, другой рабовладельческий, поддерживая баланс. Но в 1854 году удалось протолкнуть закон Канзас-Небраска, по которому каждый из этих штатов волен был сам решить, свободным он будет, или рабовладельческим. Неустойчивое равновесие нарушилось, и как прорвало.

По всей вероятности, промышленность в то время не могла расти такими же темпами, как аграрное производство. Распространение рабства на новые территории хоть и позволило бы увеличить экспортную выручку, однако, сместило бы политический баланс в сторону Юга, чего допускать было никак нельзя. А между тем, на Западе пустовали новые территории, на которые рабовладельцы Юга давно положили глаз. И Север, под предлогом того, что рабство — плохо, не отдавал их рабовладельцам.

Очевидно, склонность Юга к рабству нельзя объяснять отсталостью мышления. В условиях избытка территорий, низкопроизводительный рабский труд был выгоднее, чем интенсификация и механизация, а производство было проще наращивать экстенсивно. Будь рабский труд действительно менее выгодным экономически, южане сами бы от него отказались. В конце-концов, на Юге были и свободные фермеры,
которые могли бы победить рабовладельцев в конкурентной войне и выкупить их земли. И рабство бы умерло само собой. Поэтому предпосылки Гражданской войны были не экономические, а политические.

Поражение Юга в гражданской войне и "установка демократии" ослабили его политическое влияние, но отнюдь не привели к каким-то экономическим прорывам. Во время войны, негров агитировали воевать на стороне Севера, обещав отдать им конфискованные у прежних рабовладельцев земли. Но тут Линкольну с его обещаниями прострелили башку (что, может, так и было задумано с самого начала), а на его место пришёл Джонсон и включил заднюю. Негры, формально получив свободу, остались пролетариями и продолжали вкалывать за гроши на прежних работодателей. Расовая сегрегация продолжалась ещё 100 лет, а избирательные права им дали лишь условно, введя имущественный ценз (который, однако, не касался белых).

Проще говоря, негров продинамили и кинули, как крестьян в России после отмены крепостного права, или как совков в 90-е с приватизацией. Юг окончательно превратился в колонию. Но это тогда. А сейчас, роль Юга играем, в частности, мы.

Негры до сих пор считают, что белые им должны. Мнение белых по этому вопросу тоже известно. Кидалово обратной силы не имеет. Это я к тому, что верить агитации либералов тоже нельзя. Фетиш либералов — люстрация — такая же агитационная пустышка, как, например, пересмотр приватизации у коммунистов. Никакой люстрации не будет. Силовики спокойно передадут капиталы своим детям. От детей силовиков, конечно же, потребуют изменить свои методы отстаивания интересов, перейти, так сказать, на более либеральные. Но капиталы оставят. А что будут делать с теми, кто несогласен с таким положением вещей и продолжит выступать против детей силовиков — вам уже сказали. И, поверьте, либералы ничего в этом отношении менять не будут. Частная собственность неприкосновенна. История пойдёт дальше, а вы как были пролетариями, так и останетесь, как ничего не решали, так и не будете.

Кстати, победа Трампа в этом контексте довольно забавна: выступая за традиционно северные ценности, он набирал голоса прежде всего в южных штатах.

Были, конечно, и другие интересные эпизоды в истории США. Например, конфискация золота у собственного населения и аннулирование золотых контрактов задним числом в 1933 после Великой Депрессии (а как же священная частная собственность и отсутствие обратной силы закона?). Или кидалово торговых партнёров на золото в 1971.

Так вот и повелось: США бесконтрольно печатает ничем не обеспеченные доллары (ничего уже за них не обещая), политическими способами распространяет доллар по миру, и дотирует свою промышленность заниженными налогами (имея при этом растущий госдолг). И теперь за счёт всего мира, как когда-то Юга, подымает свою промышленность.

PS. Можно, конечно, апеллировать к тому, что развитие промышленности, даже убыточной, полезно с военно-стратегической точки зрения. Ради, так сказать, общего блага. И потому, её дотация за счёт других — дело оправданное. Но надо понимать, что в США всё-таки был капитализм: что урвал, то и твоё. Это нам, совкам, можно проехать по ушам за всеобщее благо. В капитализме, "всеобщее благо" — это всегда чьи-то конкретные карманы.
rune

Уголовная суть капитализма в России

Один знакомый, погостившей в своё время на малолетке и ознакомившийся там с основами уголовных понятий, выдал однажды следующее: в Советском Союзе терпилами были все, а сейчас — большинство, но не все, и уже поэтому капитализм лучше социализма.

В сложившейся структуре мировой экономики, Россия признана страной с отрицательной рентабельностью, имеющей 15 миллионов экономически обоснованных рабочих мест при 150 миллионном населении. Соответственно, коммерческая деятельность в России — это игра с отрицательной суммой: повесь убытки на другого, а сам останься в плюсе. Нужно успеть нахапать по-максимуму и сбежать из страны прежде, чем растущие в процессе этой игры взаимные обиды людей друг на друга приведут к очередной революции.

Это так же обуславливает большое участие государства в экономике: дефицит частной инициативы, не желающей вкладывать деньги в неконкурентоспособную экономику, по закону боязни пустоты замещается инициативой государственной.

Свобода движения капиталов закономерно высасывает их из России в более рентабельные экономики. Отсутствие свободы миграции в условиях перенаселения закономерно кончается каннибализмом. Повышение же экологической ёмкости России в силу местных особенностей является чрезмерно капиталозатратным мероприятием.

Возможных решений проблемы немного:

1. Международные дотации, искусственно повышающие рентабельность инвестиций в Россию. Аналог северных надбавок. Например, пониженный процент по кредитам. При текущем уровне глобального самосознания человечества, вариант фантастический.

2. Снятие миграционных барьеров. Дать 120 миллионам спокойно разъехаться по миру, чтоыбы осталось только 30. Более реальный вариант, но движения мысли в этом направлении не видно.

3. Изоляция от мировой экономики, введение ограничений на перемещение капиталов и восстановление социализма. Вполне работоспособный, опробованный на практике вариант. Хорош тем, что не требует сотрудничества с мировым сообществом.

Сейчас же Запад реализует четвёртый вариант:

4. Ждать, пока 120 миллионов вымрут естественным путём, и проблема сама собой разрешится.

Вот только если вспомнить притчу про "крысиного короля", специально выращиваемого для уничтожения других крыс... Что они потом будут делать с 30 миллионами отборных, озлобленных и отчаянных людоедов с ядерным оружием и грёзами о мировой революции? Между тем, с Грузией уже повоевали, сейчас бодаемся с Украиной, а на очереди Казахстан с Белоруссией.

Поэтому в разработке имеется ещё один, пятый вариант.

5. Раздробить Россию на несколько небольших государств, миллионов по 20-30 каждое, ограничив миграцию между ними. Сделать Москву метрополией, единолично владеющей ядерным оружием, а остальные государства — её колониями. Дальше всё так же: ждать, пока 120 миллионов сами передохнут. Схема хороша тем, что в ней нет "крысиного короля": 20 миллионов москвичей, ведущих расслабленную жизнь за чужой счёт и уверенных в своём превосходстве, как раз и составят население Новой России, интегрированной в будущем в мировую экономику.

Именно за эту идею либерасты-навальнята и получают дубинками на митингах. Чтобы замкадье стало заграницей и прислуживало Москве задёшево. А то, видите-ли, таджики-узбеки оборзели совсем, цену ломят, пользуясь дефицитом предложения. Кавказцы вообще хозяйничают в Москве как дома. Взяли, вон, Немцова прям у Кремля завалили, и никто не пикнул.

Вот были эти таджики-узбеки в составе СССР, так у россиян на шее сидели. Теперь прислуживают задёшево. Кавказ остался в составе, продолжает сидеть на шее и дома взрывает. А то бы, наоборот, строил. С узбеками плечом к плечу.

Политологи голову ломают: как так, прикармливают москвичей, прикармливают, а они бунтуют и бунтуют, с жиру бесятся, вот что им ещё надо? Да, бунтуют. Считают, что могли бы ещё больше доить регионы. Для этого всего лишь нужна граница с Москвой. Если все в Москву переедут, то кого доить?
rune

(no subject)

Сказал одному стороннику анархо-капитализма, считающего почему-то себя либералом, что он на самом деле путинист, потому что анархо-капитализм — это как раз примерно то, что мы имеем в России. Возразить он не смог.

А вот если брать международный уровень, насколько сложившаяся система далека от анархо-капитализма?
rune

Тезисы, за которые либерал на зарплате Митрич банит без разъяснений

1. Либерал не верит своему соседу (такому же либералу), зато, раболепит перед корпорациями, которые многим обязаны именно государственной поддержке.

2. Равенство всех перед законом, т.е. перед судебной властью, не имеет смысла без равного влияния на власть законодательную. Выборы судьи приведут к власти такого судью, который судит не по закону, а так, как угодно большинству (саботируя исполнение законов, выгодных меньшинству, но не выгодных большинству).

3. Либерализм и демократия противоречат друг другу (власть больших денег и власть маленьких людей). Там, где свобода торговли ему выгодна, Запад исповедует либерализм. Там, где невыгодна — в частности, на рынке труда — Запад исповедует демократически обусловленный протекционизм.

4. Западные страны живут богато за счёт экспорта бедности в третьи страны, такие как Россия. Выравниванию по всему миру производительности труда и цены человеческой жизни, что в целом человечеству было бы выгодно, Запад только препятствует. Почти весь его протекционизм направлен именно на это.

5. Технологии США не создают, а только присваивают, скупая дёшево на напечатанные деньги и продавая затем дорого.

6. Между США и Россией нет безвиза. Следовательно, мы враги.

7. Наши воры прячут ворованные деньги именно на Западе, и Запад им это позволяет, значит, именно такая власть в России и нужна Западу. Валить Путина бесполезно — Запад пришлёт нового. Выяснять отношения нужно именно с Западом.

8. Ядерную войну имеет смысл откладывать, пока разрыв в экономиках сокращается. Если же разрыв растёт, выгодно ударить как можно раньше.

9. ВВП США в 10 раз больше, значит, и "коров сдохнет" в случае ядерной войны у них в 10 раз больше.
rune

многополярная Россия

Капитализм в России должен быть уничтожен. Барыгам доверия нет. Вешать лапшу за пользу многополярного мира во всем мире — это у них всегда пожалуйста. На деле же, они неспособны построить даже многополярную Россию. Конкуренции, важностью которой барыги оправдываются, в России толком нет. Выборы губернаторов — и те отменили. Свезли все ресурсы со всей России в Москву, и там гноят. В провинции жизни нет. Многополярный мир им пока удаётся лишь у себя под матрасами, да на своих оффшорных счетах.

Коммунисты правили страной 75 лет. Барыги правят страной уже 25 лет, 1/3 от правления коммунистов. Уже, в принципе, можно сравнивать эффективность систем.

Коммунист Хрущёв построил под Новосибирском Академгородок. В чистом поле, полностью с нуля: с институтами, с жильём, с дорогами и прочей инфраструктурой. Ему за это даже Крым можно простить. А сколько академгородков построили барыги?

Крайне нелогично со стороны либералов хвалить капитализм и хаять советскую власть, живя в построенном советской же властью жилье. Ну свергли вы ненавистную советскую власть, не дававшую вам развернуться. Ну так снесли бы ненавистные ущербные советские трущобы, и построили бы на их месте город-сад? Кто не даёт?